May 8th, 2017

Проблема «мозг/разум» (часть 2: теория идентичности и функционализм)

Материалистическая парадигма «теории идентичности» предполагает, что если ментальные состояния всё же как-то влияют на поведение человека, то они должны быть идентичными состояниям мозга и центральной нервной системы. Аргументация против «теории идентичности» основана на том, что логические отношения между ментальными состояниями как минимум отчасти определяют эти состояния. Например, гормоны оказывают каузальные воздействия на состояния мозга, но логические отношения не являются каузальными. Интересно, что популярные на сегодняшний день теории о возможно создания искусственного интеллекта несовместимы с теорией идентичности. В самом деле, если интеллект может быть реализован без участия биологического мозга, то каким образом ментальные состояния могут оказаться идентичными состоянием мозга?

Бертран Рассел предложил теорию «нейтрального монизма», которая является нематериалистической версией теории идентичности. Рассел исходил из того, что ментальный мир в действительности является для нас первичной данностью, а внешний физический мир — это то, что мы воспринимаем в терминах каузальных структур. На первый взгляд это могло бы показаться идеализмом, но Рассел, тем не менее, считал, что базовая структура мира не является ни ментальной, ни не-ментальной (отсюда термин «нейтральный монизм»). К примеру, «квалия» (чувственные восприятия) при построении одного типа каузальных структур могут пониматься как ментальные по своему характеру, а при построении иного типа каузальных структур —  как не-ментальные.

Функционализм, который наиболее последовательно отстаивает Джерри Фодор, обращает внимание не на то, как устроены те или иные вещи, а на то, как они работают, какую функцию выполняют. Таким образом, в центре внимания оказываются не ментальные состояния сами по себе, но то влияние, которое они оказывают на другие ментальные состояния. В качестве «входа» берутся чувственные восприятия, в качестве «выхода» поведение человека, а ментальные состояния — это лишь каузальные связи между входом и выходом. Понятно, что функционализм рассматривает мозг по аналогии с компьютером, а сознание видит в качестве программного обеспечения, работающего на «железе» мозга.

Против функционализма был выдвинут ряд аргументов. Так называемый «аргумент зомби» (Дэвид Чалмерс) опирается на факт наблюдения человеком «квалия», то есть ощущений вкуса, цвета или боли. Действительно, если все свойства человека относятся к числу функциональных, поведенческих либо физических свойств, а все каузальные связи объяснимы с помощью физических и функциональных характеристик, то что тогда с «квалия»? Аргумент звучит так: представьте себе (поскольку представляемое не содержит в себе противоречия, то представить это можно) существо, идентичное Вам с точностью до последней молекулы, которое действует совершенно так же как Вы, но не будет иметь «квалия», то есть чувственных восприятий. Это значит, что физические свойства и поведенческие функции не исчерпывают всего богатства ментальных состояний. Аргумент «зомби» является частным случаем аргумента от «метафизической возможности» и показывает, что материалистическое объяснение сознания игнорирует как минимум одну характеристику сознания, и потому это объяснение недостаточно.

Любопытный «аргумент о китайском народе» был предложен Недом Блоком как ещё одно возражение против функционализма. Он основан на одном из мысленных экспериментов, к которым так склонны приверженцы аналитической философии. Ход мысли таков: предположим, что для определения характера квалия достаточно одних только физических характеристик нервной системы. Согласно функционализму, мысль может реализована как возбуждениями нейронов мозга, так, например, и передачей сигнала в электрической цепи (конкретная реализация не важна, важна функция). Для этой цели должна подойти не только схема компьютера, но и какой-либо другой набор элементов. Предположим, что в качестве элементов схемы мы задействуем… китайцев, то есть всё население Китая (почему нет, важна же функция, а не материал?). Китайцы будут включены нами в такие взаимодействия, которые должны имитировать нейронную сеть мозга. Вооружим их мобильными телефонами так, чтобы они передавали сигналы своим коллегам, имитируя прохождение сигналов в нейронной сети.
Что мы должны получить на выходе? «Мозг», но реализованный не биологическим образом, а при помощи населения Китая. Он будет давать команды телу робота, который должен дублировать поведение человека при нормальных условиях. Но будут ли ментальные состояния этого мозга идентичны человеческим? Если на входе ударить электрическим разрядом, к примеру, по нерву, подключенному к коллективному мозгу, и на выходе тело робота дёрнется, то кто почувствует боль? Полтора миллиарда китайцев одновременно? Но почему бы они почувствовали боль? А если нет, то функционализм опровергается: эта «функционально идентичная система» не будет иметь квалия, то есть будет иметь как минимум одно отличие от реального человеческого сознания.