Александр Конев (alexander_konev) wrote,
Александр Конев
alexander_konev

Categories:

Жильсон о поэзии Фомы Аквинского

... изучая сохра­нившиеся до наших дней молитвы св. Фомы (религиозная ценность которых так высока, что Церковь включила их в молитвенник), нетруд­но заметить, что при всей их пылкости в них нет ни эмоциональной экзальтации, ни страстных восклицаний, ни духовных услаждений, характерных для других способов молитвы. Пыл св. Фомы целиком выра­жается в прошении у Бога должного и как должно. Это реальная, глубо­кая, ощутимая, несмотря на суровость, пылкость ритмичных и созвуч­ных формул; но это пылкость духовности, движение которой следует порядку и ритму движения мысли: Precor ut haec sancta Communio non sit mihi reatus ad poenam sed intercessio salutaris ad veniam. Sit mihi armatura fidei, et scutum bonae voluntatis. Sit vitiorum meorum evacuatio, concupiscentiae et libidinis exterminatio, caritatis et patientiae, humilitatis et obedientiae, omniumque virtutum augmentatio; contra insidias inimicorum omnium tam visibilium quam invisibilium firma defensio, motuum meorum tam carnalium quam spiritualium perfecta quietatio; in te uno ac vero Deo firma adhaesio, atque finis mei felix consummatio (Молю, чтобы это святое Причастие было мне не осуждением на кару, но залогом грядущего спа­сения. Да будет мне оружием веры и щитом благоволения. Да будет грехов моих уничтожением; вожделения и похоти истреблением; любви и терпения, смирения и повиновения и всех добродетелей приращени­ем; от козней всех врагов моих, видимых и невидимых, надёжным оборонением; порывов моих, телесных и духовных, совершенным успокое­нием; с Тобой единым, как истинным Богом, нерушимым соединением и назначения моего счастливым исполнением)[i]. Такая духовность не столько желает наслаждения, сколько жаждет света. Ритм фраз и звуч­ность слов ни в чём не нарушают гармонии идей. Но чьё мало-мальски чувствительное ухо не уловит в этой ритмичной смене формул религи­озного волнения и почти поэзии?

И действительно, сила разума, которому с такой горячей любовью служил св. Фома, сделала его поэтом — может быть (если верить оценке беспристрастного судьи), самым выдающимся поэтом всего средневе­ковья, писавшим по-латыни. Примечательно, что высокая красота про­изведений, которые приписывают этому певцу Евхаристии, объясняет­ся почти исключительно строгой точностью и насыщенностью форму­лировок. Его “Ессе panis angelorum” (“Вот ангельский хлеб”) или “Оrо te devote, latens deitas que sub his figuris vere latitas” (“Благоговейно молюсь Тебе, невидимое божество, поистине сокрытое под этими образами”) — настоящие богословские трактаты в сжатом виде, которые в то же время служили в течение веков источником религиозного вдохновения для стольких верующих. Но, возможно, наиболее показательный образец томистской поэзии — это “Pange lingua”, побудивший Реми Гурмона написать строки, чистотой стиля равные строкам св. Фомы: “Св. Фома Аквинский всегда равно гениален, и гений его — это прежде всего ге­ний силы и уверенности, твёрдости и точности. Всё, что он хочет ска­зать, он говорит утвердительно и словами столь звучными, что сомне­ние в страхе бежит прочь”[ii].


[i] Интересно сравнить с этой молитвой св. Фомы молитву, непосредственно следующую за ней в бревиарии и приписываемую св. Бонавентуре. Она пора­зительно контрастирует с молитвой св. Фомы своей напряжённой эмоциональ­ностью.

[ii] R. de Gourmont, Le latin mystique, Paris, Cres, 1913, p. 274-275. Все тексты, касающиеся томистской духовности, были собраны в издании: Р. Sertillanges, Prieres de saint Thomas d'Aquin, a l'Art Catholique, Paris, 1920.


Tags: Фома Аквинский
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 9 comments