Александр Конев (alexander_konev) wrote,
Александр Конев
alexander_konev

Библейские образы сада и города

Сегодня в Университете была любопытная беседа. Началась она с тезиса о том, что хотя тело является необходимым  для контактов с внешним миром, однако центральное значение имеет не тело, а то, что раскрывается посредством тела. Профессоресса Стелла Морра отметила, что хотя первое наше впечатление о человеке базируется на восприятии его внешности, однако, в процессе более полного узнавания человека, мы, вспоминая о нём, не думаем о его теле. Она сказала: «я, когда думаю о моей маме, не думаю о том, красивая она или нет, для меня важно совсем другое». Поэтому то, что необходимо для коммуникации, то есть тело, не является самым важным для этой коммуникации. Затем  она привела библейский пример, помогающий лучше понять отличие самого важного от необходимого.
В первых главах книги Бытия описан сад. В саду есть всё необходимое для питания и отдыха человека, есть животные, о которых нужно заботиться, есть даже человеческое общество, состоящее из мужчины и женщины. Это необходимые вещи. Это пред-история. Затем следует история спасения, и в последней книге Библии, Апокалипсисе, говорится о пост-истории. Там уже нет сада, но есть город: новый Иерусалим, спускающийся с неба. В книге Бытия города воспринимаются негативно, они, как Вавилон, символизируют человеческую гордыню и насилие. Но новый Иерусалим не является результатом человеческих проектов, он — результат вмешательства Бога. И любопытно, что там нет сада, не говорится о природе и о животных, то есть не упоминаются необходимые вещи. Но зато там много «ненужной» роскоши: стены из полудрагоценных камней, основания стен украшены драгоценными камнями, да и сам он «как золото». Зачем эта роскошь? По-видимому, просто для красоты. Эта красота не необходима, но она является целью.
Я бы сделал такой вывод, что человек не есть такое существо, которому достаточно необходимого. Он призван к бесконечности. Я вспомнил, что сам нередко отвечал на катехизациях на вопрос о том, зачем Бог сотворил мир, если у него не было никакого недостатка ни в чём. Зачем ему понадобился человек, способный совершать зло, если всё было хорошо? Очевидно, не по необходимости, но из обилия творческой силы. Для красоты, для возрастания богатства мира. Не обязательно было творить, но так лучше, поскольку это приносит новую красоту.
А мы часто не замечаем красоты, которая является эсхатологическим знаком, намекает нам на смысл нашей жизни. Очень часто вопрос о страдании людей упускает из виду эти эсхатологические символы будущего изобилия, превышения нашего призвания над простой необходимостью.
Получить концептуальный ответ на вопрос теодицеи в ходе истории спасения вряд ли возможно, поскольку история ещё не завершена, это искушение Гегеля — прежде времени подвести баланс, остановиться на достигнутом и понятом, зафиксировать счёт. Вероятно, в пост-истории станет доступен и концептуальный ответ, а пока что компасом могут служить знаки будущей бесконечности, и не только природная красота, но и красота поступков, мыслей. Красота не необходима, но она выражает главное в человеке. 
Tags: Адвент, антропология, вера, красота, ценности, эсхатология
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment